Время (и начальство) требуют от музеев быстрее осваивать новые технологии, внедрять современные цифровые инструменты в практику работы с посетителями. Столичные музейные гранды как-то справляются с этой задачей; а вот музеи малых городов России не всегда имеют для этого средства, кадры и навыки. Наш журнал старается помочь коллегам в освоении «цифры», готов знакомить всех заинтересованных с гипотезами и выводами исследователей и аналитиков.
Анастасия Подорожная
Мир больше не человекосоразмерен. Он стал настолько сложным, быстрым и абстрактным, что человек физически не успевает его полностью осмыслить. Наш мозг эволюционировал для выживания в дикой природе, а не для жизни в череде бесконечных уведомлений. В попытках разобраться в алгоритмах, обработать миллион данных или отличить правду от вымысла мозг перегревается, как старый телефон. Мы оказались в ситуации, в которой либо подчиняемся внешним силам (роботам, алгоритмам), либо ищем новые способы адаптации — через историю, философию, искусство и изменение образа жизни.
В современном обществе, где гонка стала нормой, а дедлайны — частью жизни, появилась потребность вvосознанном замедлении. Медленные практики (slow movement) стали культурным протестом против клипового мышления и бесчувственного потребления.
Малые города, к счастью, всё ещё остаются местом, где обитает нормальное человеческое сознание. Музеи в них — островки подлинности, где история обретает лицо и сообщает нам ту самую «форму и структуру хаосу человеческого опыта», о которых писал Умберто Эко. В музеях малых городов каждый экспонат, каждый зал призваны создать особое, уютное, почти материнское пространство.
Тренд на замедление заметен в цифровой среде. Люди ищут в поисковиках определения, примеряют найденное на свой образ жизни, встраивают в ежедневную рутину. JOMO («радость от пропущенного») в противовес FOMO («синдрому упущенной выгоды») становится новой философией осознанного потребления времени и контента. Количество запросов, касающихся slow‑активности в целом, увеличилось на 12,8 процентов за 12 месяцев (май 2024 – апрель 2025) по сравнению с прошлым временным периодом (май 2023 – апрель 2024).
Мы возвращаемся к созерцанию одного экспоната, к бумажным журналам, фотографиям, снятым на плёнку; бунтуем против пресыщения, инстинктивно ищем то, что даёт мозгу передышку. Именно неспешность, камерность становятся конкурентным преимуществом в цифровую эпоху, когда аудитория устала от избыточности контента и жаждет спокойных, душевных историй.
Музеи малых городов, осознавшие эту ценность, превращают свою камерность в бренд, доказывая, что подлинность бытия измеряется вовсе не квадратными метрами экспозиций.
5 апреля 2025 года — в Международный день медленного искусства (Slow Art Day) — в сотнях музеев малых городов по всему миру состоялись особые мероприятия. Например, в Стране Басков Museo Ur Mara в муниципалитете Алкиза (население — 300 человек) принимал посетителей в Slow Art Day уже в десятый раз. Алкиза — настолько крошечный муниципалитет, что его жителей называют на баскском oiloak, цыплятами, а с некоторыми соседними поселениями Алкизу связывают не дороги, а тропинки.
«Медленное чтение» блокадных дневников перед праздником 80‑летия Победы прошло в нескольких (не только малых) музеях. Так, Государственный исторический музей пригласил на медленное чтение блокадного дневника Владимира Гришина, во время которого музейные предметы, свидетели трагедии, стали ориентирами и проводниками.
В Московском музее современного искусства завершается выставка «Медленные берега». Её цель — стать «заповедным местом», внутренним убежищем.
В Светлогорске Калининградской области в арт‑резиденции «Замедляем города» художники и скульпторы встроят в каждый проект живой — естественный — ритм города. Как это будет, увидим в октябре 2025 года. Кстати, Светлогорск — единственный в России официальный «медленный город» (находится в международном списке cittaslow towns).
Малые города всё чаще становятся естественными центрами замедления, предлагают альтернативу хаосу современного мира. Их камерность, рукотворность и связь с природой создают пространство, где время течёт иначе, имеет другое качество, а внимание сосредоточено на подлинных переживаниях.
Здесь замедление — не просто тренд, а образ жизни, напоминающий о том, что истинная ценность часто кроется в малом: в тишине музеев, в сезонных ритмах, в знакомых лицах. Именно малые города, хранители русской истории, дарят нам как воздух необходимое уникальное право на паузу.
В современном обществе, где гонка стала нормой, а дедлайны — частью жизни, появилась потребность вvосознанном замедлении. Медленные практики (slow movement) стали культурным протестом против клипового мышления и бесчувственного потребления.
Малые города, к счастью, всё ещё остаются местом, где обитает нормальное человеческое сознание. Музеи в них — островки подлинности, где история обретает лицо и сообщает нам ту самую «форму и структуру хаосу человеческого опыта», о которых писал Умберто Эко. В музеях малых городов каждый экспонат, каждый зал призваны создать особое, уютное, почти материнское пространство.
Тренд на замедление заметен в цифровой среде. Люди ищут в поисковиках определения, примеряют найденное на свой образ жизни, встраивают в ежедневную рутину. JOMO («радость от пропущенного») в противовес FOMO («синдрому упущенной выгоды») становится новой философией осознанного потребления времени и контента. Количество запросов, касающихся slow‑активности в целом, увеличилось на 12,8 процентов за 12 месяцев (май 2024 – апрель 2025) по сравнению с прошлым временным периодом (май 2023 – апрель 2024).
Мы возвращаемся к созерцанию одного экспоната, к бумажным журналам, фотографиям, снятым на плёнку; бунтуем против пресыщения, инстинктивно ищем то, что даёт мозгу передышку. Именно неспешность, камерность становятся конкурентным преимуществом в цифровую эпоху, когда аудитория устала от избыточности контента и жаждет спокойных, душевных историй.
Музеи малых городов, осознавшие эту ценность, превращают свою камерность в бренд, доказывая, что подлинность бытия измеряется вовсе не квадратными метрами экспозиций.
5 апреля 2025 года — в Международный день медленного искусства (Slow Art Day) — в сотнях музеев малых городов по всему миру состоялись особые мероприятия. Например, в Стране Басков Museo Ur Mara в муниципалитете Алкиза (население — 300 человек) принимал посетителей в Slow Art Day уже в десятый раз. Алкиза — настолько крошечный муниципалитет, что его жителей называют на баскском oiloak, цыплятами, а с некоторыми соседними поселениями Алкизу связывают не дороги, а тропинки.
«Медленное чтение» блокадных дневников перед праздником 80‑летия Победы прошло в нескольких (не только малых) музеях. Так, Государственный исторический музей пригласил на медленное чтение блокадного дневника Владимира Гришина, во время которого музейные предметы, свидетели трагедии, стали ориентирами и проводниками.
В Московском музее современного искусства завершается выставка «Медленные берега». Её цель — стать «заповедным местом», внутренним убежищем.
В Светлогорске Калининградской области в арт‑резиденции «Замедляем города» художники и скульпторы встроят в каждый проект живой — естественный — ритм города. Как это будет, увидим в октябре 2025 года. Кстати, Светлогорск — единственный в России официальный «медленный город» (находится в международном списке cittaslow towns).
Малые города всё чаще становятся естественными центрами замедления, предлагают альтернативу хаосу современного мира. Их камерность, рукотворность и связь с природой создают пространство, где время течёт иначе, имеет другое качество, а внимание сосредоточено на подлинных переживаниях.
Здесь замедление — не просто тренд, а образ жизни, напоминающий о том, что истинная ценность часто кроется в малом: в тишине музеев, в сезонных ритмах, в знакомых лицах. Именно малые города, хранители русской истории, дарят нам как воздух необходимое уникальное право на паузу.
Печатается по: Подорожная А. Вдохните и задержите дыхание // Мир Музея. 2025. №6. С.31.
См. также: Подорожная А., Пищулин Т. Нужны ли музеям социальные сети? // Мир Музея. 2024. №11. С.50–53.
Феклисов Ф. Город – это не объект, а субъект // Мир Музея. 2025. №7. С.13–14.
Феклисов Ф. Монастырский остров // Мир Музея. 2024. №10. С.11–12.
Пищулин А. В Нове‑городе // Мир Музея. 2023. №3. С.2.
Сабинина Д. Рождённый в Кронштадте // Мир Музея. 2022. №10. С.21–22.
Плетникова Л. «Волга была в полном разливе...» // Мир Музея. 2023. №4. С.19.
Феклисов Ф. Город – это не объект, а субъект // Мир Музея. 2025. №7. С.13–14.
Феклисов Ф. Монастырский остров // Мир Музея. 2024. №10. С.11–12.
Пищулин А. В Нове‑городе // Мир Музея. 2023. №3. С.2.
Сабинина Д. Рождённый в Кронштадте // Мир Музея. 2022. №10. С.21–22.
Плетникова Л. «Волга была в полном разливе...» // Мир Музея. 2023. №4. С.19.