Это история о том, что музей — не просто хранилище артефактов, но и место, где рождаются идеи, в том числе образовательные.
Альбина Ципилева. Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»
Музей для меня — это не только пространство для хранения экспонатов, но и образовательная платформа, способная вдохновлять, формировать исследовательские интересы и пробуждать потребность в осмыслении прошлого. Связь музея и просвещения сегодня становится особенно актуальной: в условиях визуального поворота и цифровой трансформации музейное пространство приобретает новую роль — роль медиатора между серьёзным академическим знанием и широкой аудиторией.
Моё знакомство с Учебным художественным музеем имени И.В. Цветаева началось с первого курса бакалавриата — с занятий по египтологии в Высшей школе экономики. В окружении гипсовых слепков древнеегипетских памятников я впервые попыталась понять, как именно «читать» экспонаты. Практические задания, направленные на атрибуцию и интерпретацию памятников, стали моим первым шагом в сторону самостоятельного исследования. Со временем я поняла: визуальные формы требуют не только анализа, но и переосмысления! Большую роль в появлении данной работы сыграл и майнор (дополнительный образовательный трек, microdegree) «Стань профессором: мастерство преподавания в цифровую эпоху», в процессе успешного освоения которого мне захотелось применить полученные знания на практике. Так в рамках курсовой я начала работу над собственным музейным занятием.
Учебный художественный музей имени И.В. Цветаева — действительно удивительное пространство, где знания постепенно становятся опытом. Именно это делает его удобной платформой для образования в том формате, где академическое содержание трансформируется в личную исследовательскую практику посетителя.
Как сделать древний образ доступным для понимания? Как перевести визуальный и текстовый канон Древнего Египта на язык современной музейной педагогики? Как создать занятие, которое будет не просто лекцией, а предложит активное взаимодействие между экспонатом и участником, между древним образом и современным восприятием? Именно эти вопросы стали отправной точкой для исследования.
Создавая музейное занятие, я стремилась соединить три уровня.
Научный (теоретический) — визуальный и текстовый анализ стел и рельефов как источников.
Педагогический — разработка методических материалов, сценария занятия.
Творческий — составление задания, в ходе которого участник создаёт собственную «египетскую» стелу.
В центре занятия — стела как наиболее ёмкое хранилище памяти и идентичности, позволяющее говорить о египетской культуре не абстрактно, а конкретно (задействуя знания об имени, титулатуре и визуальном образе). И самое главное — говорить о себе, о том, что такое образ человека, вечность, репрезентация и память для каждого из нас.
Древнеегипетская стела — не просто артефакт, но и культурный текст, соединяющий в себе имя, образ и потребности личности (текст и изображение). Именно эта триада, как подчеркивает Ян Ассман, формирует механизм «вечности» в египетской традиции. Благодаря своей завершённой композиции и содержанию стела становится наиболее удобным объектом для музейной интерпретации.
В ходе музейного занятия используются интерактивные задания, направленные на постепенное освоение основных категорий древнеегипетской антропологии через работу с визуально‑текстовыми источниками. Первый этап — теоретическое введение, которое позволяет ввести в контекст и сформировать у посетителей мнение о том, как именно мыслили египтяне.
Затем в рамках блока «Триада стелы» участники анализируют, как на конкретных памятниках реализуется триединство имени, образа и потребностей умершего. Это позволяет осмыслить личность в египетском представлении как сконструированный образ, чья идентичность обеспечивается визуальными и текстовыми кодами.
Следующим элементом можно считать задание «Найди символ», в ходе которого участникам предлагается выявить на стелах и рельефах устойчивые знаки — часть титулатуры, жертвенные столы, характерные детали. Это упражнение, на мой взгляд, способствует развитию наблюдательности и пониманию символического языка египетского искусства, усиливая визуальную грамотность.
Завершается занятие творческим заданием «Создай свою стелу», в рамках которого участникам предлагается собрать собственную «музейную стелу» с использованием карточек‑конструкторов. Эти карточки включают имя, позу, титул, атрибуты, облик и подношения. Упражнение не только закрепляет знания, полученные в ходе занятия, но и стимулирует развитие воображения и понимание древнеегипетского взгляда на посмертное бытие. В результате участник не просто воспроизводит изученное, но и проецирует полученные знания на собственный культурный опыт, формируя личную связь с материалом.
Для эффективного проведения занятия необходимо учитывать возрастные особенности аудитории и соответствующим образом и адаптировать формат и инструменты взаимодействия. Так, детям предлагается игровой и визуально насыщенный подход, ориентированный на яркие образы, ассоциации и вовлечение через действия. В качестве инструментов используются раскраски, карточки‑наклейки (блок «Создай свою стелу»), что помогает маленьким участникам запомнить основные символы и элементы стел, при этом развивая зрительную память и интерес к культуре.
Вовлечение подростков происходит через исследовательский и соревновательный формат. Занятие приобретает форму квеста, участники получают очки за верно найденный символ и используют QR‑коды для изучения терминологии (блок «Найди символ»). Такой подход помогает активизировать навыки анализа и поиска информации и задействовать элементы мотивационного педагогического дизайна.
Взрослой аудитории будет интересен аналитический и философский подход, предполагающий глубокое осмысление культурных и исторических параллелей. Инструментами здесь становятся исторические сравнения и дискуссии.
Проект стал для меня и исследовательской и вводной (как молодого учёного) работой как с научными источниками, так и с практическими заданиями — а музей выступил в роли площадки, где я смогла успешно соединить свои теоретические знания и педагогическую практику. Надеюсь в будущем развить свои наработки и представить занятие уже для специалистов — студентов‑египтологов.
Моё знакомство с Учебным художественным музеем имени И.В. Цветаева началось с первого курса бакалавриата — с занятий по египтологии в Высшей школе экономики. В окружении гипсовых слепков древнеегипетских памятников я впервые попыталась понять, как именно «читать» экспонаты. Практические задания, направленные на атрибуцию и интерпретацию памятников, стали моим первым шагом в сторону самостоятельного исследования. Со временем я поняла: визуальные формы требуют не только анализа, но и переосмысления! Большую роль в появлении данной работы сыграл и майнор (дополнительный образовательный трек, microdegree) «Стань профессором: мастерство преподавания в цифровую эпоху», в процессе успешного освоения которого мне захотелось применить полученные знания на практике. Так в рамках курсовой я начала работу над собственным музейным занятием.
Учебный художественный музей имени И.В. Цветаева — действительно удивительное пространство, где знания постепенно становятся опытом. Именно это делает его удобной платформой для образования в том формате, где академическое содержание трансформируется в личную исследовательскую практику посетителя.
Как сделать древний образ доступным для понимания? Как перевести визуальный и текстовый канон Древнего Египта на язык современной музейной педагогики? Как создать занятие, которое будет не просто лекцией, а предложит активное взаимодействие между экспонатом и участником, между древним образом и современным восприятием? Именно эти вопросы стали отправной точкой для исследования.
Создавая музейное занятие, я стремилась соединить три уровня.
Научный (теоретический) — визуальный и текстовый анализ стел и рельефов как источников.
Педагогический — разработка методических материалов, сценария занятия.
Творческий — составление задания, в ходе которого участник создаёт собственную «египетскую» стелу.
В центре занятия — стела как наиболее ёмкое хранилище памяти и идентичности, позволяющее говорить о египетской культуре не абстрактно, а конкретно (задействуя знания об имени, титулатуре и визуальном образе). И самое главное — говорить о себе, о том, что такое образ человека, вечность, репрезентация и память для каждого из нас.
Древнеегипетская стела — не просто артефакт, но и культурный текст, соединяющий в себе имя, образ и потребности личности (текст и изображение). Именно эта триада, как подчеркивает Ян Ассман, формирует механизм «вечности» в египетской традиции. Благодаря своей завершённой композиции и содержанию стела становится наиболее удобным объектом для музейной интерпретации.
В ходе музейного занятия используются интерактивные задания, направленные на постепенное освоение основных категорий древнеегипетской антропологии через работу с визуально‑текстовыми источниками. Первый этап — теоретическое введение, которое позволяет ввести в контекст и сформировать у посетителей мнение о том, как именно мыслили египтяне.
Затем в рамках блока «Триада стелы» участники анализируют, как на конкретных памятниках реализуется триединство имени, образа и потребностей умершего. Это позволяет осмыслить личность в египетском представлении как сконструированный образ, чья идентичность обеспечивается визуальными и текстовыми кодами.
Следующим элементом можно считать задание «Найди символ», в ходе которого участникам предлагается выявить на стелах и рельефах устойчивые знаки — часть титулатуры, жертвенные столы, характерные детали. Это упражнение, на мой взгляд, способствует развитию наблюдательности и пониманию символического языка египетского искусства, усиливая визуальную грамотность.
Завершается занятие творческим заданием «Создай свою стелу», в рамках которого участникам предлагается собрать собственную «музейную стелу» с использованием карточек‑конструкторов. Эти карточки включают имя, позу, титул, атрибуты, облик и подношения. Упражнение не только закрепляет знания, полученные в ходе занятия, но и стимулирует развитие воображения и понимание древнеегипетского взгляда на посмертное бытие. В результате участник не просто воспроизводит изученное, но и проецирует полученные знания на собственный культурный опыт, формируя личную связь с материалом.
Для эффективного проведения занятия необходимо учитывать возрастные особенности аудитории и соответствующим образом и адаптировать формат и инструменты взаимодействия. Так, детям предлагается игровой и визуально насыщенный подход, ориентированный на яркие образы, ассоциации и вовлечение через действия. В качестве инструментов используются раскраски, карточки‑наклейки (блок «Создай свою стелу»), что помогает маленьким участникам запомнить основные символы и элементы стел, при этом развивая зрительную память и интерес к культуре.
Вовлечение подростков происходит через исследовательский и соревновательный формат. Занятие приобретает форму квеста, участники получают очки за верно найденный символ и используют QR‑коды для изучения терминологии (блок «Найди символ»). Такой подход помогает активизировать навыки анализа и поиска информации и задействовать элементы мотивационного педагогического дизайна.
Взрослой аудитории будет интересен аналитический и философский подход, предполагающий глубокое осмысление культурных и исторических параллелей. Инструментами здесь становятся исторические сравнения и дискуссии.
Проект стал для меня и исследовательской и вводной (как молодого учёного) работой как с научными источниками, так и с практическими заданиями — а музей выступил в роли площадки, где я смогла успешно соединить свои теоретические знания и педагогическую практику. Надеюсь в будущем развить свои наработки и представить занятие уже для специалистов — студентов‑египтологов.
Историографический обзор
Изучение образа человека в египетской культуре давно привлекало внимание египтологов и историков искусства. В трудах Я. Ассмана, А.О. Большакова, Г. Юнкера и М.Э. Матье рассматриваются основные элементы египетской антропологии — основные составляющие человека, визуальный канон, функции портрета. По Ассману, портрет в Египте — это не средство самовыражения, а способ ритуальной фиксации личности: «Портрет в Египте — это не знак, а тело... Он представляет заказчика, чьё „Я“ стремится быть сохранённым». Религиозная и социальная идентичности здесь закрепляются через образ, имя и текст, составляющие триаду египетской самопрезентации.
Среди новейших исследований особенно значимы работы Рании Салим и Сьюзан Бикель, подчеркивающие, что самопрезентация в Египте была неразрывно связана с социальной структурой, нарративом и ритуалом. Бикель предлагает анализ египетских биографических надписей и текстов саркофагов как стратегий проектирования «Я», демонстрируя сочетание индивидуальности и канона, а также использование emic evaluation approach — методики реконструкции внутреннего взгляда культуры на саму себя.
Этот подход лёг в основу методологического аппарата моего исследования: не просто «анализировать» памятники, а попытаться войти в логику их функционирования как элементов древнего ритуального и визуального мира.
Изучение образа человека в египетской культуре давно привлекало внимание египтологов и историков искусства. В трудах Я. Ассмана, А.О. Большакова, Г. Юнкера и М.Э. Матье рассматриваются основные элементы египетской антропологии — основные составляющие человека, визуальный канон, функции портрета. По Ассману, портрет в Египте — это не средство самовыражения, а способ ритуальной фиксации личности: «Портрет в Египте — это не знак, а тело... Он представляет заказчика, чьё „Я“ стремится быть сохранённым». Религиозная и социальная идентичности здесь закрепляются через образ, имя и текст, составляющие триаду египетской самопрезентации.
Среди новейших исследований особенно значимы работы Рании Салим и Сьюзан Бикель, подчеркивающие, что самопрезентация в Египте была неразрывно связана с социальной структурой, нарративом и ритуалом. Бикель предлагает анализ египетских биографических надписей и текстов саркофагов как стратегий проектирования «Я», демонстрируя сочетание индивидуальности и канона, а также использование emic evaluation approach — методики реконструкции внутреннего взгляда культуры на саму себя.
Этот подход лёг в основу методологического аппарата моего исследования: не просто «анализировать» памятники, а попытаться войти в логику их функционирования как элементов древнего ритуального и визуального мира.
Сценарий музейного занятия
Продолжительность занятия — 1 час 20 минут.
Вступление (20 минут).
Теоретическое введение: знакомство с основными понятиями «египетской антропологии».
Теоретическое замечание: стела как носитель памяти и личности.
Раздача карточек с символами и примерами.
Основной блок (30 минут).
«Триада стелы»: анализ стелы Ини (XI династия, Сл. 1.1.281) — образец ритуальной самопрезентации вельможи через изображение, имя и формулу подношения.
«Найди символ»: каждый участник получает задание с «фрагментами»
– часть титулатуры,
– жертвенные столы,
– характерные детали
и ищет их на стелах и рельефах в экспозиции.
Индивидуальная работа (25 минут).
«Создай свою стелу»: работа над составлением собственной стелы с использованием карточек‑конструкторов.
Закрепление и рефлексия (20 минут).
Презентация стел.
Обсуждение и сбор обратной связи.
Продолжительность занятия — 1 час 20 минут.
Вступление (20 минут).
Теоретическое введение: знакомство с основными понятиями «египетской антропологии».
Теоретическое замечание: стела как носитель памяти и личности.
Раздача карточек с символами и примерами.
Основной блок (30 минут).
«Триада стелы»: анализ стелы Ини (XI династия, Сл. 1.1.281) — образец ритуальной самопрезентации вельможи через изображение, имя и формулу подношения.
«Найди символ»: каждый участник получает задание с «фрагментами»
– часть титулатуры,
– жертвенные столы,
– характерные детали
и ищет их на стелах и рельефах в экспозиции.
Индивидуальная работа (25 минут).
«Создай свою стелу»: работа над составлением собственной стелы с использованием карточек‑конструкторов.
Закрепление и рефлексия (20 минут).
Презентация стел.
Обсуждение и сбор обратной связи.
Части личности человека в представлении древних египтян
На фото: Голова царицы Нефертити. Сл. 1.1.435. УХМ имени И.В. Цветаева. Зал 2. Оригинал: раскрашенный известняк, XVIII династия, ок.1345 г. до н.э. Новый музей, Берлин.
Благодарю моих научных руководителей Е.В. Александрову и Н.В. Лаврентьеву за помощь в процессе подготовки этой работы. Фото Алексея Ковалёва. Слепки из Учебного художественного музея имени И.В. Цветаева — отдела Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина.
Печатается по: Ципилева А. От студентки до методиста // Мир Музея. 2025. №8. С.24–27.
См. также: Вишневский В. Камни и доски // Мир Музея. 2024. №10. С.35–37.
Сарианиди В. Тилля-Тепе. Подготовила Дарья Сабинина // Мир Музея. 2024. №2. С.31–33.
Алтынбеков К., Чарлина Л., Алтынбекова Э. Реставрация как она есть // Мир Музея. 2024. №2. С.34–37.
Сохранить не только мрамор. Подготовила Ирина Дин (Хохолева) // Мир Музея. 2024. №3. С.40–41.
Кладбище как текст. Беседа Ирины Дин (Хохолевой) с Михаилом Талалаем // Мир Музея. 2024. №10. С.48–50.
Сабинина Д. Последний день. Помпеи // Мир Музея. 2024. №10. С.2–5.
Сарианиди В. Тилля-Тепе. Подготовила Дарья Сабинина // Мир Музея. 2024. №2. С.31–33.
Алтынбеков К., Чарлина Л., Алтынбекова Э. Реставрация как она есть // Мир Музея. 2024. №2. С.34–37.
Сохранить не только мрамор. Подготовила Ирина Дин (Хохолева) // Мир Музея. 2024. №3. С.40–41.
Кладбище как текст. Беседа Ирины Дин (Хохолевой) с Михаилом Талалаем // Мир Музея. 2024. №10. С.48–50.
Сабинина Д. Последний день. Помпеи // Мир Музея. 2024. №10. С.2–5.