Начиная с 2023 года 3 сентября отмечается День воинской славы — День Победы над милитаристской Японией и окончания Второй мировой войны. Эта дата особенно важна для Хабаровского края. Здесь, на Дальнем Востоке, состоялся разгром милитаристской Японии, в результате которого была поставлена точка во Второй мировой.
В Хабаровске находилась ставка Главного командования советских войск на Дальнем Востоке во главе с Маршалом Советского Союза А.М. Василевским, отсюда осуществлялось непосредственное руководство наступлением советских войск в Маньчжурии, завершившимся разгромом японской Квантунской армии. Именно здесь было получено известие о капитуляции Японии, отправленное затем по телефону в Москву, сюда же был привезён оригинал Пакта о капитуляции. Вторая мировая война изменила геополитическую ситуацию в Азиатско‑Тихоокеанском регионе.
Ранее Япония заняла огромный плацдарм на континенте. В 1932 году на границе с Советским Союзом было создано марионеточное государство Маньчжоу‑го (с 1 марта 1934 года — Маньчжоу‑ди‑го), здесь же расположилась почти миллионная Квантунская армия Японии. По причине близости с милитаристской Японией, союзницей Германии, Дальний Восток в годы войны оказался одновременно и тыловым, и прифронтовым регионом, хотя располагался далеко от театра военных действий на западе.
Япония вела подготовку бактериологической войны против СССР, первой мишенью которой должен был стать Дальний Восток. «Япония не имеет достаточных природных запасов металла и других видов сырья, нужного для изготовления оружия. Необходимо изыскивать новые виды оружия, одним из которых считалось бактериологическое. Все великие державы ведут в этой области соответствующие работы, и Япония не должна отставать». — Из показаний Кавасима Киоси, бывшего генерал‑майора медицинской службы, доктора медицинских наук, бывшего начальника производственного отдела отряда №731.
В японской армии были созданы особо секретные отряды. Главный из них, зашифрованный под №731 и именовавшийся в документах «Управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии», был создан в 1933 году. Он располагался в Маньчжурии, в 20 километрах южнее Харбина, имел многочисленные отделения, находившиеся на основных направлениях наступательных операций. Отряд занимался поиском средств ведения бактериологической войны.
Для проведения опытов на людях бактериологам была предоставлена 31 тысяча человек. Ежегодно на содержание отряда правительство Японии выделяло более 10,2 миллионов иен. Бактериологические отряды и их филиалы подчинялись напрямую императору, Генеральному штабу Японии и как исполнителю — Главнокомандующему Квантунской армией.
На территории отряда в районе Харбина находились электростанция, железнодорожная ветка, конный манеж, стадион и около 150 зданий, в числе которых были крематорий, тюрьма, лаборатории, жилые помещения, казармы, помещения учебного центра, лекционный зал и синтоистский храм. В штате числилось более трёх тысяч сотрудников. Городок строго охранялся, был обнесён стеной и подключённой к электричеству колючей проволокой. Вся территория отряда на случай внезапной эвакуации была заминирована, в камеры тюрьмы, где находились подопытные заключённые, в случае экстремальной ситуации подавался отравляющий газ.
В качестве подопытных использовались люди, которых служащие отряда называли «марута» («брёвна»). Это были русские, китайцы, монголы, корейцы. Жандармерия или спецслужбы Квантунской армии ежедневно осуществляли в отряд так называемые особые поставки «марута».
Отряд и его филиалы состояли из нескольких отделов, занимавшихся тем или иным направлением, где проводились исследования с целью выявления бактерий, наиболее эффективных для боевого применения. Разрабатывали способы конвейерного производства бактерий чумы, сапа, сибирской язвы, холеры, тифа и других болезней, технические средства массового поражения людей, а также нанесения экономического ущерба противнику путём заражения воды, почвы, посевов, скота.
С 25 по 30 декабря 1949 года в Хабаровске проходил судебный процесс над военными преступниками, которые готовили бактериологическое оружие против советских, монгольских и китайских войск и мирного населения, применяли его в боях на реке Халхин‑Гол (1939) и в Китае (1942), проводили преступные опыты на людях.
Предполагалось применять бактериологическое оружие (чуму, холеру, тиф, сибирскую язву) против Красной Армии, при отступлении — отравить оставляемую территорию. Испытания проводились в лабораториях, на полигонах и в «экспедициях». Если испытуемый выживал, на нём ставили повторные эксперименты.
Первая такая «экспедиция» была проведена в 1939 году на Халхин‑Голе, когда при отступлении японской армии в реку были вылиты бактерии чумы. Вторая «экспедиция» состоялась летом 1942 года в 60 километрах от пограничной с СССР реки Аргунь.
В ходе Международного военного трибунала 1946 – 1948 годов в Токио к делу не была приобщена документальная база о подготовке Японией бактериологической войны, собранная СССР. По решению Совета Министров СССР в Хабаровске был организован открытый судебный процесс над лицами, причастными к деятельности противоэпидемического отряда №731, занимавшегося изысканием бактериологических средств и способов их применения.
В Хабаровске содержались японские военнопленные, генералитет Квантунской армии и бывший император Маньчжоу‑Го Айсингёро Пу И. Среди японских военнопленных, оставшихся на территории нашей страны, было выявлено 206 человек, имевших отношение к отряду №731. К уголовной ответственности были привлечены 12 японских военнослужащих, включая командующего Квантунской армией генерала Ямада.
Уголовное дело рассматривалось в открытых заседаниях судебного процесса, который сегодня получил название Хабаровский процесс, военного трибунала Приморского военного округа в здании Дома офицеров Особой Краснознамённой Дальневосточной армии. Слушания посещали жители города, на них были аккредитованы хабаровские и московские журналисты. Процесс ежедневно освещался в местной и центральной прессе. Всем обвиняемым были предоставлены адвокаты и переводчики. Подсудимые были признаны виновными и приговорены к различным срокам заключения, большинство — к 25 годам.
Хабаровский процесс, не имевший статуса международного, по политико‑правовому значению может быть поставлен в один ряд с военными трибуналами в Нюрнберге и Токио. Именно в Хабаровске широкой общественности были представлены факты медицинских экспериментов на людях.
Аккредитацию на него имели хабаровские журналисты Николай Рогаль и Юлия Шестакова, карикатурист Вадим Павчинский и фотограф КрайТАСС Владимир Байдалов. Заметки, фотографии и рисунки, сделанные ими в зале заседаний, публиковались в местной и центральной прессе, а сегодня они хранятся в коллекции Хабаровского краевого музея имени Н.И. Гродекова.
График В. Павчинский продолжил работать над карикатурами после оглашения приговора. Менял композицию, подбирал цветовую гамму, делал по три десятка вариантов, добиваясь портретной узнаваемости. Итогом стала галерея из 12 карикатур, в мае 1952 года представленная на выставке «Преступники бактериологической войны» в хабаровском кинотеатре «Совкино». Позднее выставка была показана в других городах Дальнего Востока и на Всесоюзной выставке советской сатиры. После завершения выставки портретная галерея поступила в музей и долгое время размещались в постоянной экспозиции одного из залов. Фотографии В. Байдалова и рукописные заметки Ю. Шестаковой и Н. Рогаля появились в коллекции музея позднее, в 1980‑е годы, в составе персональных коллекций. Эти материалы сегодня можно увидеть в экспозиции музея.
Музеефикация Хабаровского процесса долгое время тормозилась ограниченностью предметного ряда. Из‑за секретности не были доступны архивные документы. Не так давно Центральный архив ФСБ рассекретил некоторые документы, подтверждающие факты применения бактериологического оружия на советских гражданах на территории Маньчжурии, в «лабораториях смерти» под Харбином. Коллекция Хабаровского краевого музея имени Н.И. Гродекова — сегодня практически единственный музейных источник о тех событиях. Она позволяет достаточно полно рассказать о самом судебном заседании.
Однако тема не исчерпывается трибуналом. К ней относятся и деятельность бактериологических отрядов на территории Маньчжурии, ход Маньчжурской наступательной операции, пребывание японских военнопленных в Хабаровске, тех, кто сотрудничал со следствием.
При освобождении Харбина база отряда была взорвана, захватить с поличным военных преступников не удалось. Военнопленные сначала отказывались признавать, что вели разработку бактериологического оружия, настаивая на том, что предприятия производили вакцины для личного состава Квантунской армии. Эксперт по медицинской части Хабаровского медицинского института, доктор медицинских наук, Елизавета Ливкина, опираясь на схемы и фотоснимки лабораторий, доказала, что в таких условиях вакцины производить невозможно, а культивировать бактерии и вирусы — вполне.
Нельзя обойти стороной и процесс в Токио, так как неприобщение материалов, переданных СССР, способствовало проведению суда в Хабаровске.
Музейная коллекция позволяет говорить языком карикатур о такой сложной теме, как геноцид мирного населения. Универсальный художественный язык понятен во многом интуитивно. Рисунки В. Павчинского позволяют смягчить тяжёлую тему, а подлинные фотографии и заметки из зала суда и с допросов подсудимых не дают уйти в карикатурность — музейная коллекция сама выстраивает баланс.
Экскурсоводы и музейные педагоги на занятиях могут добавить вопросы на сравнение. Например, как взвесить бактерии? Или сколько бактерий холеры в одном килограмме? Сколько блох можно запаять в авторучку или трость? Это позволяет не воспроизводить газовую камеру с обезображенными подопытными людьми, но в то же время рассказать о страшных преступлениях.
В Харбине (КНР) расположен музей отряда №731. Экспозиция решена однозначно: воспроизведение ужасов милитаризма. Манекены в натуральную величину, хирургические лаборатории, опыты — всё очень натуралистично, но выполнено в белом цвете. Главная цель этого музея — не дать забыть преступления.
В экспозиции Музея Второй мировой войны в США подробно рассказывается лишь о событиях на Тихом океане, поскольку для американцев Вторая мировая была именно войной сЯпонией.
23 дня войны с Японией невозможно сопоставлять с 1418 днями войны с Германией, но именно война с Японией и Хабаровский процесс, как эпилог этой войны, стали особенностью регионального историко‑культурного наследия. Хабаровск.
На илл.: В.В.Павчинский. Карикатуры «Бывший начальник отдела отряда № 731 Ниси Тосихидэ» и«Бывший главнокомандующий квантунской армией Ямада Отозоо». Бумага, картон, гуашь, тушь. 29×20. Хабаровский краевой музей имени Н.И.Гродекова. Хабаровск. 1949г.
Печатается по:АверинаА. Отряд 731 // Мир Музея. 2025. №9. С.32–34.